Почему мы все наверняка заразимся коронавирусом

отrus89

Авг 24, 2020

Почти ежедневно появляется информация о новых случаях заражения коронавирусом, который получил официальное название COVID-19. Количество инфицированных растет не только в Китае, но и по всему миру. В короткие сроки ученым удалось расшифровать геном нового вируса, выяснить механизм и скорость его передачи, а также определить возможные варианты лечения. Однако вакцина от него до сих пор не найдена, и всё больше экспертов склонны считать, что остановить распространение вируса не удастся. Чем это нам грозит и нужно ли паниковать, объясняют специалисты.

В мае 1997 года у трехлетнего мальчика появились симптомы обычной (как сначала считалось) простуды. Симптомы — боль в горле, кашель и лихорадка — не прошли через неделю, и его госпитализировали в больницу имени королевы Елизаветы в Гонконге. Вскоре кашель усилился — ребенок начал задыхаться. Несмотря на интенсивный уход, мальчик умер.

Озадаченные тем, как резко ухудшилось состояние мальчика, врачи отправили образец его мокроты в Министерство здравоохранения КНР. Однако с помощью стандартного протокола тестирования идентифицировать вирус не удалось. Тогда главный вирусолог решил разослать образцы коллегам из других стран.

Образец целый месяц ждал своей очереди в Центре по контролю и профилактике заболеваний в Атланте.

В итоге подтвердилось, что причиной смерти мальчика был грипп — вирус, убивший больше людей, чем любой другой вирус в истории человечества. Но этот конкретный вид гриппа никогда прежде не встречался у людей. Это был H5N1, или птичий грипп. Его впервые обнаружили двумя десятилетиями ранее, но считалось, что он может поражать только птиц.

В августе 1997-го ученые забили тревогу. Китайское правительство оперативно распорядилось истребить полтора миллиона кур (невзирая на протесты фермеров). В дальнейшем каждого заболевшего изолировали. К концу года было зарегистрировано 18 случаев заболевания у людей, умерли 6 человек.

Меры по сдерживанию вируса были признаны успешными, и на протяжении нескольких лет не было выявлено ни одного нового случая заболевания.

Почему борьба с птичьим гриппом была эффективной

Успешно противостоять вирусу удалось отчасти из-за серьезности заболевания: уровень смертности от H5N1 составляет примерно 60%, то есть довольно высокий. Тем не менее с 2003 года от него умерли всего 455 человек. В то же время менее опасные виды гриппа, уровень смертности от которых не превышает 0,1%, убивают сотни тысяч людей ежегодно.

У тяжелой болезни, вызываемой вирусом H5N1, есть положительный аспект: случаи заражения легко распознать, а зараженных — изолировать. Если этого не сделать, больной вскоре умрет, и маловероятно, что ему удастся распространить вирус.

Новый коронавирус SARS-CoV-2 может привести к острой дыхательной недостаточности, но уровень смертности от вызываемого им заболевания (известного как COVID-19) не превышает 2%, то есть он значительно ниже, чем от большинства болезней, о которых пишут СМИ.

Новый вирус вызвал такую тревогу как раз из-за низкой смертности.

Что такое коронавирусы

Коронавирусы — это одноцепочечные РНК-вирусы. Для человека опасны четыре вида; все они вызывают простуду.

Считается, что коронавирус эволюционировал в организме человека и «научился» передаваться от человека к человеку, чтобы обеспечить себе большее распространение. А это значит, что в его цели не входит убивать людей.

Две предыдущие эпидемии коронавирусов — SARS (тяжелый острый респираторный синдром) и MERS (ближневосточный респираторный синдром) — начались, как и H5N1, с животных. Эти заболевания смертельно опасны, и было совсем немного случаев, когда болезнь протекала легко или бессимптомно. Если бы их было больше, количество заболевших значительно бы увеличилось. В итоге от SARS и MERS умерли в общей сложности не более 2 тысяч человек.

От COVID-19, согласно отчетам, уже умерло вдвое больше людей. Этот вирус отличается от большинства других, известных широкой публике: он смертельно опасен, но не слишком (смертность всего 2%).

Вызываемое им заболевание протекает непредсказуемо. На прошлой неделе вирус обнаружили у 14 американцев на круизном лайнере в Японии. Все они чувствовали себя хорошо. Новый вирус настолько опасен именно потому, что иногда не вызывает симптомов.

Почему предотвратить эпидемию COVID-19 невозможно

Мир отреагировал на вспышки коронавируса беспрецедентной мобилизацией ресурсов. Новый вирус был идентифицирован очень быстро. Китайские ученые всего за несколько недель расшифровали его геном и поделились информацией с коллегами из других стран. Разработка вакцины уже началась. Китайское правительство приняло экстренные меры по сдерживанию вируса, а Всемирная организация здравоохранения объявила о чрезвычайной ситуации международного значения.

Все эти события заняли намного меньше времени, чем ушло на то, чтобы идентифицировать H5N1 в 1997 году. Тем не менее вирус продолжает распространяться.

Преподаватель эпидемиологии из Гарвардского университета Марк Липсич предостерегает: «Вполне возможно, что сдержать распространение вируса не удастся».

Сдерживание — первый этап борьбы с эпидемией. В случае с COVID-19 шанс (довольно призрачный) предотвратить пандемию сохранялся только в течение первых нескольких дней. Уже в январе Китай закрыл на карантин территорию вокруг города Ухань, радиус которой затем был увеличен. В общей сложности более чем 100 миллионам человек запретили выходить на улицу, а нарушителей отслеживали при помощи дронов. И всё же вирусу удалось распространиться на 24 страны.

Несмотря на очевидную неэффективность этих мер, их продолжают усиливать. Под давлением требований «остановить» распространение вируса китайское правительство объявило, что в провинции Хубэй врачи будут ходить по домам, измерять у людей температуру и отправлять тех, у кого будут обнаружены симптомы болезни, на карантин.

Но, возможно, распространения вируса нельзя было избежать.

Липсич предсказывает, что в течение следующего года от 40 до 70% людей во всём мире заразятся вирусом, вызывающим COVID-19. Однако, подчеркивает он, это не означает, что у всех них болезнь будет протекать в тяжелой форме.

Для сравнения: большинство случаев заражения гриппом, который часто смертельно опасен для пожилых и страдающих хроническими заболеваниями людей, не требуют медицинской помощи — у 14% инфицированных болезнь протекает бессимптомно.

Липсич далеко не единственный, кто считает, что новый вирус продолжит распространяться.

Большинство эпидемиологов сходятся во мнении, что наиболее вероятный итог нынешней эпидемии — появление нового сезонного заболевания. Люди не смогли выработать иммунитет к предыдущим четырем коронавирусам. Если так будет и с пятым, то «сезон простуды и гриппа» может стать «сезоном простуды, гриппа и COVID-19».

На сегодняшний день количество зараженных неизвестно. Согласно Всемирной организация здравоохранения, по состоянию на 23 февраля в США зафиксировано 35 случаев заболевания. Однако, по приблизительной оценке Липсича, зараженных на самом деле от 100 до 200. Этого достаточно для дальнейшего распространения вируса. Скорость распространения будет зависеть от того, насколько окажутся заразны более легкие формы заболевания.

21 февраля китайские ученые сообщили в «Журнале Американской медицинской ассоциации» о вероятном случае передачи вируса от человека, у которого болезнь протекала бессимптомно. Авторы статьи пришли к выводу, что если этот случай не представляет собой необъяснимое исключение, то «предотвратить заражение COVID-19 будет трудно».

Даже если оценка Липсича завышена, общий прогноз от этого вряд ли поменяется. «Двести случаев похожей на грипп болезни во время сезона гриппа очень трудно обнаружить, — говорит он. — Единственный способ — начать целенаправленно проверять людей на COVID-19».

Изначально американские врачи получили инструкцию проверять людей только в том случае, если они побывали в Китае или контактировали с теми, у кого было диагностировано заболевание. Затем Центр по контролю и профилактике заболеваний сообщил, что начнет проверять людей в пяти штатах, чтобы оценить действительный масштаб эпидемии. Однако 21 февраля Ассоциация общественных лабораторий заявила, что только в Калифорнии, Небраске и Иллинойсе есть всё необходимое, чтобы проверять людей на наличие вируса.

Учитывая такое малое количество данных, трудно делать какие-либо прогнозы. Но спешка, с которой ученые во всём мире работают над созданием вакцины, наталкивает на мысль, что сдерживать распространение вируса уже поздно и он останется с нами навсегда.

Почему не существует вакцины от COVID-19

За последний месяц стоимость акций маленькой фармацевтической компании Inovio выросла более чем вдвое.

В середине января появились сообщения, что ей удалось разработать вакцину от нового коронавируса. Данная информация была растиражирована многими СМИ, хотя, строго говоря, это неправда.

Как и любые другие лекарства, вакцины должны пройти длительный период клинических испытаний, чтобы доказать свою эффективность и безопасность для людей. На самом деле Inovio и другие подобные компании лишь скопировали фрагмент РНК, который может однажды быть использован в качестве вакцины. Это многообещающий первый шаг, однако говорить об открытии вакцины преждевременно.

Хоть расшифровка ДНК сегодня и стала быстрым процессом, создание вакцин — это не только наука, но и искусство. Необходимо найти такую последовательность кода, которая запустит защитный механизм иммунной системы и при этом не вызовет острой реакции, способной привести к появлению симптомов болезни.

И хоть вакцина от гриппа и не способна вызывать грипп, Центр по контролю и профилактике заболеваний предупреждает, что она может вызывать «симптомы, похожие на грипп». Поэтому необходимо проводить клинические испытания вакцины — сначала на животных, а потом и на людях.

Никто не станет завтра же рассылать фрагменты генома вируса по всему миру.

Почему для разработки вакцины нужен минимум год

Inovio — далеко не единственная маленькая биотехнологическая компания, которая пытается создать вакцину. Есть и много других, в том числе Moderna, CureVac и Novavax. Этим также занимаются исследователи из Имперского колледжа Лондона и других университетов, равно как и ученые из Национального института здравоохранения США и нескольких других стран.

Директор Национального института изучения аллергических и инфекционных заболеваний Энтони Фаучи в январе заявил в «Журнале Американской медицинской ассоциации», что его учреждение работает над поиском вакцины с невиданной скоростью.

Во время вспышки SARS в 2003 году ученым потребовалось 20 месяцев, чтобы перейти от расшифровки генома вируса к первой стадии клинических испытаний вакцины. Фаучи написал, что с тех пор его команде удалось сократить это время до трех месяцев для других вирусов, а в случае с новым коронавирусом они «рассчитывают работать еще быстрее».

В последние годы появились и новые организации, стремящиеся ускорить разработку вакцин. Одна из них — Коалиция за инновации в сфере готовности к эпидемиям, основанная в 2017 в Норвегии с целью финансирования и координирования разработки новых вакцин. Среди ее основателей — правительства Норвегии и Индии, «Веллком Траст» и «Фонд Билла и Мелинды Гейтс». Организация направляет средства компаниям вроде Inovio и другим маленьким стартапам.

Исполнительный директор Коалиции Ричард Хэтчетт согласен с названными Фаучи сроками и считает, что вакцина будет готова к первым испытаниям на безопасность в апреле. Если всё пойдет как надо, то к концу лета могут начаться испытания ее эффективности.

В целом, по мнению Хэтчетта, потребуется от 12 до 18 месяцев, прежде чем вакцину признают безопасной и эффективной. По его словам, данные сроки — «существенный прогресс по сравнению с предыдущими случаями». Однако это очень оптимистичная оценка.

Даже если этот позитивный прогноз сбудется, потребуется еще время на производство и распространение готового продукта. В условиях чрезвычайной ситуации, когда границы закрыты и цепочки поставок нарушены, могут возникнуть логистические трудности.

Со временем Фаучи растерял оптимизм. На прошлой неделе он признался, что процесс разработки вакцины оказался «очень сложным». Несмотря на прогресс в науке, готовую вакцину нельзя получить без длительных клинических испытаний, которые включают в себя производство большого количества образцов и наблюдение за реакцией людей на вакцину.

Весь процесс может в итоге обойтись в миллионы долларов, а таких денег (равно как и производственных мощностей для массового производства и распространения вакцины) нет ни у Национального института здоровья, ни у стартапов, ни у университетов.

Почему вакцина от COVID-19 окажется бесполезной

Производство вакцин уже давно зависит от инвестиций нескольких фармацевтических гигантов. Выступая на прошлой неделе в Институте Аспена, Фаучи с сожалением сообщил, что пока ни одна из компаний не выразила готовность участвовать в разработке. «Компании, имеющие необходимые возможности, не собираются предоставлять свое оборудование по первому запросу», — сказал он. Кроме того, выпуск нового продукта может повлечь за собой огромные финансовые потери, если спрос вдруг снизится или люди по той или иной причине решат не покупать препарат.

Производство вакцин настолько сложный, затратный и рискованный процесс, что в 1980-х годах, когда фармацевтические компании начали терять деньги, выплачивая компенсации за причиненный вакцинами вред, многие решили вовсе отказаться от их производства.

Чтобы стимулировать компании производить этот важный продукт, американское правительство предложило возмещать им эти расходы. Тем не менее фармацевтическим компаниям всё равно выгоднее вкладывать деньги в производство препаратов для ежедневного использования. К тому же коронавирус — это РНК-вирус, а это значит, что он, вероятнее всего, будет мутировать, то есть вакцину нужно будет постоянно совершенствовать.

«Возлагать надежды на вакцину как на единственное спасение опасно», — говорит Джейсон Шварц из Йельской школы общественного здравоохранения.

По мнению Шварца, лучшим сценарием будет тот, при котором вакцина будет разработана слишком поздно, чтобы повлиять на нынешнюю эпидемию: готовиться к этой эпидемии нужно было на протяжении последних десяти лет, еще со времен SARS.

«Если бы программа по разработке вакцины от SARS не была свернута, у нас была бы основа для создания вакцины от нового, очень похожего вируса», — говорит он. Однако, как и в случае с лихорадкой Эбола, правительственное финансирование, а вместе с ним и усилия фармацевтических компаний, сошли на нет, как только ситуация выровнялась.

Как рыночная экономика мешает предотвращению эпидемий

В субботу издание Politico сообщило, что Белый дом собирается попросить у Конгресса выделить миллиард долларов из резервного фонда на борьбу с коронавирусом, хотя ранее в этом месяце офис президента опубликовал проект бюджета, в котором предусмотрено сокращение финансирования Центра по контролю и профилактике заболеваний, Национального института здравоохранения и снижение объемов помощи другим странам.

Долгосрочные государственные инвестиции очень важны, ведь разработка вакцин и противовирусных препаратов требует денежных вливаний на протяжении десятилетий, даже если спрос на них остается низким; а в рыночной экономике часто возникают проблемы с созданием продукта, на который в данный момент отсутствует спрос.

Коалиция за инновации в сфере готовности к эпидемиям может помочь стимулировать разработку вакцин, прежде чем возникнет чрезвычайная ситуация.

Однако есть и те, кто относится к этой организации скептически. В прошлом году организация «Врачи без границ» опубликовала открытое письмо, в котором раскритиковала Коалицию за неспособность обеспечить равный доступ к вакцинам. Впоследствии Коалиция изменила свою политику, и теперь консультант по медицинским инновациям из «Врачей без границ» Мануэль Мартин проявляет осторожный оптимизм. «Коалиция — перспективное объединение. Мы очень надеемся, что они преуспеют в создании новой вакцины и продемонстрируют верность своим принципам», — говорит он.

Заставят ли пандемии пересмотреть внешнюю политику государств?

Равный доступ, о котором говорят «Врачи без границ», это вопрос не только филантропии, но и эффективной политики. Доставка вакцин и других ресурсов туда, где они наиболее необходимы, имеет решающее значение для предотвращения распространения заболевания.

Во время эпидемии гриппа H1N1 в 2009 году одной из наиболее пострадавших стран была Мексика. В Австралии, где смертность была низкой, правительство запретило местным фармацевтическим компаниям экспортировать свою продукцию до тех пор, пока государственный заказ на вакцины не будет выполнен.

Чем сильнее страны сосредотачиваются на изоляции и самосохранении, тем сложнее трезво оценить риски и эффективно распределить ресурсы — от вакцин и защитных масок до пищи и мыла.

На сегодняшний день Италия, Иран и Южная Корея — это те страны, в которых количество зараженных COVID-19 стремительно растет. Многие государства ввели карантин, несмотря на его сомнительную эффективность.

Определенные меры по сдерживанию уместны, однако бороться с эпидемией, которая может продлиться несколько лет, путем закрытия границ и введения запретов на передвижение попросту нереалистично.

Не стоит надеяться, что та или иная страна может спастись от COVID-19, пора принять тот факт, что новый коронавирус — всеобщая проблема.

от rus89

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *